Майлзу страшно, и это ему идёт
Майлз привык спорить с людьми через экран. Организаторы жестокой интернет-трансляции вытаскивают его из этой безопасной позиции, закрепляют на руках оружие и отправляют выживать. Причина у происходящего неприятная, а результат совершенно нелепый: человек получил два пистолета и сразу стал хуже справляться с обычной жизнью.
Мне нравится, что Рэдклифф не начинает с героической позы. Он сутулится, мечется, не понимает, куда деть руки. У персонажа есть конкретное физическое неудобство, и актёр не забывает о нём ради красивого кадра. Из этого вырастает комедия, которой не обязательно всё время объяснять зрителю, где смеяться.
В Гарри Поттере и узнике Азкабана, фильме 2004 года у того же актёра страх помогает почувствовать уязвимость героя, от которого ждут слишком многого. Здесь это чувство отправили в совсем другой жанр. За Майлзом смешно наблюдать, но не потому, что он ничего не чувствует. Наоборот, он очень ясно понимает, насколько происходящее ему не подходит.
Пока фильм держится за эту растерянность, я на его стороне. Когда приходится принимать очередное удобное для сюжета решение без внятного перехода, персонаж начинает отставать от актёра. Рэдклифф продолжает делать его живым, а история уже торопится к следующему эффектному столкновению.
Никс интереснее, когда ничего не объясняет
У Самары Уивинг другая задача. Её Никс не нужно каждую минуту убеждать нас, что она опасна. Резкость, взгляд и спокойное отношение к кошмару вокруг дают это ощущение раньше любых объяснений. Рядом с Майлзом она выглядит человеком, который давно знает правила и устал ждать остальных.
Мне нравится этот контраст. Один человек пытается вернуться к нормальной жизни, другая будто не видит в нормальной жизни ничего особенно привлекательного. За счёт двух исполнителей у погони появляется характер, а не только направление движения.
Но яркость Никс не всегда превращается в такой же интересный разбор её мотивации. Иногда фильму достаточно того, как она смотрится в кадре. А мне хочется большего, особенно когда актриса уже заставила обратить на неё внимание.
В Безумном Максе: Дороге ярости, фильме 2015 года Фуриоса запоминается не только внешностью и решительностью. Её собственная цель двигает погоню. Я не требую превратить Никс в Фуриосу. Но это хороший пример того, как действие может раскрывать человека без длинных остановок для разговора о прошлом.
Картинка старается за всех сразу
Визуальная подача здесь громкая даже без звука. Камера крутится, монтаж подгоняет, цвета обещают развлечение, которому не положено сбавлять скорость. Поначалу эта энергия очень к месту. Мы вместе с героем попали в мир, где никто не собирается спокойно знакомить нас с обстановкой.
Потом я начинаю уставать. Если каждое движение пытаются подчеркнуть ещё одним движением камеры, не всё становится выразительнее. Иногда хочется просто увидеть, что делают актёры, а не следить, как старательно вокруг них работает техника.
Музыка этому миру подходит. Она поддерживает нахальство и нервный темп, не делает вид, что перед нами деликатная история. Но музыка не может заодно отвечать за причинно-следственные связи. Когда очередной поворот держится на допущении, громкость его не укрепляет.
За эту пару я готова дать шесть
Я понимаю удовольствие от Пушек Акимбо. У фильма есть собственное настроение, удачная физическая комедия и два актёра, которые хорошо существуют в его безумии. Не каждый боевик вообще может похвастаться тем, что его герои отличаются друг от друга не только куртками.
При этом мне не хватило цельности. Сатира на интернет-зрелище остаётся проще, чем её оформление, грубые шутки работают неровно, а интерес к персонажам периодически приходится поддерживать вопреки истории. Поэтому моя оценка 6 из 10.
Мне было за кого зацепиться, но не за каждым сюжетным поворотом хотелось бежать следом. Майлзу прикрутили пистолеты достаточно надёжно. Сценарию тоже не помешало бы проверить крепления.
