Много историй не значит много жизни
Основа у фильма удобная: несколько новелл, разные желания, общий праздничный повод. Такой формат позволяет быстро менять интонацию и сталкивать смешное с трогательным. Но разнообразие работает, когда за каждой историей стоит понятный человеческий интерес. Здесь переключение между линиями слишком часто становится самостоятельным развлечением. Только начинаешь понимать, зачем нужен один конфликт, как тебя уже пересаживают к следующему. Будто главная опасность для комедии состоит в том, что зритель успеет о чём-нибудь подумать.
В истории Бори и Жени с пингвином сама нелепость вполне годится для фарса. Животное среди человеческих забот сразу нарушает привычный порядок. Дальше хочется увидеть, что эта нелепость проявит в отношениях героев. Однако разница между смешной завязкой и смешной историей существенная. Одного необычного участника недостаточно, если дальнейшая суета важнее характеров. Пингвин не обязан ещё и работать за сценариста. У него и без того непростая командировка.
Похожее обещание соединить частные истории большим праздником было в Ёлках, фильме 2010 года. Сравнение здесь не про количество знакомых персонажей. Важнее ощущение связи: отдельная линия должна менять смысл соседней, а не просто уступать ей экранное время. В пятом фильме эта конструкция больше похожа на соседство номеров. Общая дата в календаре сама по себе не делает их единым рассказом.
Громкие чувства ещё не делают героя интересным
Особенно утомляет уверенность, что ревность, неловкость и повышенная активность уже содержат готовую шутку. Линия ревнивого профессора предполагает столкновение чувств с нелепым поведением. Но для комедии важно, остаётся ли человек за этим поведением. Если его поступки нужны главным образом для очередного обострения, сопереживание быстро заканчивается. Ты не ждёшь, как он разберётся в себе. Хочешь, чтобы наконец закончилась сама процедура разбирательства.
Фарс может быть грубым и даже неприятным. Он не обязан давать каждому участнику справку о хороших намерениях. Зато ему необходима точность: почему именно этот человек делает именно такую глупость, чем она ему мешает, откуда возникает следующий поворот. Когда эту связь заменяет общий праздничный разгон, шутки начинают толкаться локтями. Темп есть, движения много, а комедийного напряжения гораздо меньше, чем обещает весь этот шум.
У Карнавальной ночи, фильма 1956 года другой способ собирать праздничный ансамбль. Там общий конфликт помогает понять место каждого участника. Сравнение не требует от Ёлок 5 старой манеры игры или похожих персонажей. Оно показывает, зачем комедии нужен стержень. Декорации создают обстановку, но не заменяют устройство истории. Можно развесить гирлянды на любой конструкции. Прочнее она от этого не станет.
Тепло есть, но его постоянно перебивают
Было бы нечестно объявить всё в фильме одинаково пустым. Поиск прежней любви бабой Маней уже в самой завязке даёт более ясное желание, чем многие громкие недоразумения. Здесь есть возможность для мягкой смешной истории о надежде. Отдельные более живые и изобретательные моменты тоже не позволяют назвать весь фильм безжизненным. Именно они мешают простому ответу, будто проблема только в праздничном жанре. Этот жанр способен работать. Внутри фильма даже видны отдельные подтверждения.
Я понимаю защиту такой комедии: от неё ждут лёгкости, узнаваемого настроения, короткого примирения с окружающим миром. Не каждый новогодний фильм обязан быть сложным. Но лёгкость не появляется автоматически после упрощения характеров. А тёплый эпизод не получает возможности развернуться, если его постоянно перебивает следующая порция обязательного веселья. Здесь слишком часто приходится самому доставать человеческую историю из-под праздничного оформления.
Для меня редкие удачные участки не компенсируют остальное. Фильм требует слишком много снисхождения к сюжетным удобствам и слишком мало делает, чтобы это снисхождение заслужить. Я не против пингвина, сказки или добрых намерений. Я против комедии, которая считает их достаточным содержанием. Моя оценка 2 из 10. Праздник узнаваемый, а повод остаться с этими историями до следующей переключающей кнопки слишком слабый.
