Поездка нужна, чтобы вернуться в детство
Взрослый Макс едет с семьёй к отцу. По дороге настоящее постоянно уступает место детству в девяностые. Там отец говорит мало, действует решительно и не особенно интересуется, готов ли ребёнок к очередному жизненному уроку. Воспитание без долгих обсуждений. Иногда кажется, что вместе с обсуждениями отменили и технику безопасности.
Сама конструкция мне нравится. Человек спорит о воспитании уже со своей семьёй, а память подсовывает ему примеры, которые не очень удобно предъявлять как образцовые. Тут есть материал и для смешного, и для неприятного узнавания. Хороший фильм мог бы вырасти из разницы между тем, как поступал отец, и тем, что теперь делает сын.
Но чаще воспоминание работает как отдельный номер. Ситуация, суровая реакция Бати, шутка. Потом ещё одна. Пока номер удачный, схема почти не мешает. Когда возвращаемся к поездке, становится заметно, что дорога соединяет эпизоды, но сама редко превращается в столь же интересную историю.
У Вдовиченкова есть жизнь между репликами
Главная удача фильма для меня именно актёрская. Вдовиченков не пытается каждую секунду доказывать, что играет народного отца. У его героя тяжёлый взгляд, скупые движения и привычка занимать пространство без лишних слов. Он может просто сидеть в комнате, а порядок уже как будто установлен. Остаётся выяснить, кому он подходит.
Мне нравится, что за этой суровостью всё-таки можно увидеть человека, а не только генератор отцовских присказок. Тёплые моменты работают лучше всего, когда фильм не подталкивает локтем: сейчас положено растрогаться. Актёр сам вытягивает нужную интонацию, и музыка с пояснительной бригадой ему не обязательны.
У Стаса Старовойтова во взрослой линии такого запаса выразительности я не чувствую. Его Макс нужен для сопоставления двух времён, но между функцией персонажа и живым человеком остаётся зазор. Поэтому эмоциональный вес картины распределён странно: формально едем вместе с сыном, а ждём, когда снова покажут отца.
Ковёр помнит больше сценария
На прокатном постере Вдовиченков стоит на фоне ковра. Обещание считывается моментально: знакомый быт, знакомый суровый человек, комедия про своих. Реклама очень точно находит сильную сторону фильма. И немного выдаёт его устройство: лицо и фактура тут интереснее маршрута.
Интерьеры, одежда и бытовые мелочи дают этой истории плотность. Вот в кухонной сцене отец сидит по одну сторону проёма, мальчик по другую. Даже без подробного пересказа разговора видно, кто здесь задаёт правила. Такие вещи мне интереснее россыпи предметов, которые вставили только ради радостного узнавания.
В Любви и голубях, фильме 1984 года, бытовая среда тоже очень важна, но семейная ошибка запускает движение всей истории. У Бати предметы и короткие случаи порой запоминаются сильнее того, как меняются отношения. Ностальгия работает исправно, драматургия периодически берёт выходной.
При этом узнавание не обязано быть лично моим воспоминанием, чтобы сцена сработала. Можно вообще не жить в похожей квартире и всё равно понять неловкость ребёнка перед взрослым, который уверен в своей правоте заранее. Вот на этом уровне фильм для меня гораздо убедительнее, чем в режиме выставки знакомых вещей.
Понять отца не значит выдать ему индульгенцию
Моя основная оговорка к этой комедии возникает там, где тепло воспоминания начинает сглаживать жёсткость поступка. То, что человек вырос и способен вспоминать детство со смехом, ещё не делает любой способ воспитания хорошим. Смешная сцена вполне может оставаться сценой о неприятном опыте. Одно другому не мешает.
Для сравнения, американские Бесстыжие, сериал с 2011 по 2021 год, тоже строят комедию вокруг далеко не образцового отца и детей, которым приходится многое брать на себя. Фрэнк и Батя совершенно разные люди. Но зрительская симпатия ни в одной из этих историй не должна автоматически становиться справкой о педагогической пригодности.
Сильное возражение моей оценке простое: от Бати можно и не требовать цельной семейной драмы. Если нужны короткие бытовые истории, хороший Вдовиченков и переход от смешного к тёплому, фильм многое даёт. Я это понимаю. Даже неровная подборка может попадать очень точно.
Мне всё-таки не хватает связующей истории и более живого настоящего. Поэтому 6 из 10. Батя умеет вызвать улыбку и зацепить за неприятное место. Просто семейный альбом у него получился убедительнее, чем фильм о человеке, который этот альбом листает.
